Заговорщики Ставки - 4. Гурко и Петроградский гарнизон.

. Пока Алексеев отсутствует на рабочем месте, а всеми делами то здесь, то там заправляет Гурко, напомню канву событий. Перемена строя Российской Империи, приведшая к её развалу, последующей диктатуре коммунистов и нынешним послебольшевицким кульбитам, начиналась в феврале с простых вещей. Все мы о них знаем, в школе читали. Перебои с белым хлебом вызвали бабий бунт, переросший в мятеж Петроградского гарнизона. Следствием мятежа явилась телеграмма Алексеева командующим фронтами, в которой он призвал их умолять Государя отречься. Царь отрёкся, Керенский бежал в женском платье, большевички накормили, обучили и полечили народ. Подвиги суверенных демократов описывать не возьмусь. Все присутствуют здесь сами и лично наблюдают закат февральской эпохи. Мне интересны детали её разсвета. Согласно устоявшемуся историческому мнению, отречение Государя и узурпация власти в России удались благодаря мятежу Петроградского гарнизона. Петроградский мятеж называют главной причиной удачи февральского переворота. Второй причиной – слабость власти, не сумевшей подавить этот мятеж. Спорить не стану. Если так утверждают историки, значит, здесь берёт начало русская катастрофа. Было бы неплохо узнать, что собой представляли эти Петроградские части. Поскольку мнения элитных большевицких светил и простых русских историков в этом вопросе совпадают, нет большой разницы, чью цитату давать. С благословения и под общей редакцией Генриха Зиновьевича Иоффе, нас просветит Александр Рабинович, глубоко познавший, как большевички приходят к власти и что они с нею делают потом. «Традиционно костяк войск Петроградского гарнизона составляли гвардейские полки, набранные исключительно из крестьян, проходивших специальную подготовку. Эти кадровые войска были загублены в кампании 1914—1916 годов на полях сражений в Восточной Пруссии и Галиции. Поэтому к 1917 году большая часть войск, размещенных в Петрограде и его окрестностях, в том числе гвардейские полки, состояла в основном из плохо обученных призывников военного времени, набранных преимущественно из крестьян, не привыкших к воинской дисциплине... Решающий момент в Февральской революции наступил тогда, когда эти части одна за другой присоединились к восставшим жителям города». (Рабинович) Сетевые словоблуды уверяют нас, что Петроградский гарнизон сплошь состоял из отборных бойцов Русской армии. Суть вбросов, коротко, сводится к тому, что «именно элитный русский солдат несёт полную ответственность за смену режима, определил исторический путь развития большевизма, в массе выступил против Царя», и прочая отстойная хрень. Как видим, даже большевицкие историки не решались на такие подлые и лживые пасквили. Однако данные крупнейшего советского специалиста по февральской революции Г.З.Иоффе и его многочисленных протеже требуют уточнений. «Гарнизон столицы состоял лишь из запасных батальонов гвардейских полков, казачьего второочередного полка и нескольких сот юнкеров и курсантов разных военных училищ и курсов». (Кобылин). Так будет более точно. Военному понятно, для штатских объясню. В интересующий нас период (конец 16-го – начало 17-го года) Петроградский гарнизон составляли две сотни тысяч гражданских лиц крестьянского молодняка, наспех переодетые в шинели, собранные в огромных казармах, не привыкшие к воинской дисциплине, подвергнутые целенаправленной революционной пропаганде. Такова реальная картина состава участников петроградского бунта. Сказать об этом вслух будет и правильно, и честно. Даже не вникая в детали, мы видим, что Петроградский гарнизон образца 1917 года представлял серьёзную угрозу государственной власти. Знала ли об этом власть? Безусловно. Почему же она бездействовала??? Здесь начинается интересное. Все обвинения Царской власти основаны на её бездеятельности, апатии перед надвигающейся бедой. Разберём ещё один совецко-масонский миф. Министр МВД Протопопов, которого наши историки так любят обвинять во всевозможных предательствах, как раз и докладывал Государю о настроениях Петроградского гарнизона и о том, что положение в Петрограде «является угрожающим». «На основании этой информации Государь повелел генералу Гурко убрать из столицы ненадёжные части и заменить их гвардейскими частями с фронта». (Кобылин) Гурко... Эту фамилию я где-то уже встречал. Ах, да, этот. Заместитель Алексеева. Здравствуйте, генерал Гурко. Всё понимал Государь. Он повелел Вам исполнить ясный и однозначно трактуемый приказ. Вы, главный военный Российской Империи, подчинились повелению своего Царя?? Нет. Первым генералом, осмелившимся открыто саботировать волю Государя, был генерал Василий Иосифович Ромейко-Гурко. За редким исключением, современные историки относятся к личности Гурко либо положительно, либо нейтрально. Объяснений этому феномену у меня нет. «Генералы не могли найти места для запасных батальонов на всем пространстве Империи. Или места в столице Империи для тысяч двадцати фронтовых гвардейцев. Это, конечно, можно объяснить и глупостью; это объяснение наталкивается, однако, на тот факт, что все в мире ограничено, даже и человеческая глупость. Это была измена. Заранее задуманная и заранее спланированная… Итак, все фигуры на шахматной доске заговора — самого трагического и, может быть, самого гнусного в истории человечества, были уже расставлены. С самых верхов общества была пущена в самый широкий оборот клевета о Распутине, о шпионаже, о вредительстве — клевета, которую даже и Пуришкевич самоотверженно развозил по фронтам. Вся гвардия была заблаговременно убрана из столицы. Гвардия была заменена "маршевыми батальонами", для размещения которых не нашлось, видите ли, места во всей России. Предупреждение Протопопова, предупреждение прессы, приказы Государя Императора не помогли ничему: маршевых батальонов из столицы не удалили. Приказов Государя о переброске в столицу гвардейской кавалерии не выполнили. Столица была во власти "слухов" "в распоряжении маршевых батальонов"». (Солоневич) Приказы Государя Императора саботировал генерал Гурко. Это первый факт, несомненно доказывающий принадлежность Гурко к заговору. О его лидерстве в масонских кругах поговорим чуть позже. Пока послушаем голос с того света. В единственном сохранившемся документе (!) за подписью Протопопова читаем: «В половине февраля Царь с неудовольствием сообщил мне, что приказал генералу В.И. Гурко прислать в Петроград уланский полк и казаков, но Гурко не выслал указанных частей, а командировал другие, в том числе моряков гвардейского экипажа». Проигнорировав повеления Государя, «монархист» Гурко прислал в Петроград революционно настроенных морячков. В феврале 1917 года. Венец монархической карьеры. Овации. Занавес. Ещё одно свидетельство: «Каким-то странным и таинственным образом приказ об их отправке был отменён. Гвардейская кавалерия и не думала покидать фронт». (в.кн. А. М.) Значит, говорите, бездействие центральной власти – причина удачи февральского бунта? Нет. Это был открытый саботаж заговорщиков, по плану ведущих события точно к намеченной цели. План заговора заключал в себе много других любопытных деталей. «Разговоры пошли о принудительном отречении Царя и даже более сильных мерах. В исторических трудах нет надобности вуалировать прошлое. Речь шла уже о заговоре в стиле дворцовых переворотов XVIII столетия, при которых не исключалась возможность и цареубийства». (Милюков) «Активным действиям должно было предшествовать последнее обращение к Государю одного из великих князей... В случае неуспеха, в первой половине марта предполагалось вооруженной силой остановить императорский поезд во время следования его из Ставки в Петроград. Далее должно было последовать предложение Государю отречься от престола, а в случае несогласия, физическое его устранение. Наследником предполагался законный правопреемник Алексей и регентом Михаил Александрович». (Деникин) Но вернёмся к Гурко. Саботаж Гурко обезпечил полный успех петроградского мятежа. Вот подлинный его виновник. Однако сам факт этого саботажа ничего не говорит нам о том, какое положение имел Гурко в иерархии заговорщиков. Об этом нам скажет другой факт. Как я писал в предыдущей записке, «технический руководитель переворота Александр Сергеевич Лукомский был назначен генералом В.И. Гурко на должность генерал-квартирмейстера штаба Верховного главнокомандующего и утвержден 6.12.1916 года». Всё верно пишет Залесский. И добавляет существенную деталь. Александр Сергеевич Лукомский занял должность генерал-квартирмейстера Ставки ещё 21 октября 1916 года. На эту должность его пригласил генерал В.И. Гурко. Поразительный факт, незаслуженно обделённый вниманием историков. Вдумайтесь. За двадцать дней до отъезда Алексеева и передачи им полномочий, начальник пятой армии Гурко своевольно хозяйничает и распоряжается в Ставке как в собственном доме, снимает и ставит её руководство, а наделённые властью генералы молчат и повинуются. В чём причина столь лояльного их отношения к хамским, иначе не назовёшь, действиям подчинённого выскочки? Может быть, Гурко имел над ними какую-то иную власть, кроме военной? Читаем: «Еще задолго до войны члену Думы Гучкову удалось создать военно-политический центр — так называемую «Военную ложу», — проводивший идеи всероссийской оппозиции в среде молодых карьеристов Главного управления Генерального штаба… Соучредителями Гучкова по «Военной ложе» были генералы Поливанов, Лукомский, Гурко. Тесная дружба между Василием Иосифовичем Гурко и Гучковым началась со времени Трансваальской войны, на которой оба они участвовали на стороне буров». (Керсновский) Ещё на шаг мы стали ближе к разгадке. Продолжение будет.